Ольга Пусенен

 

 

 

 

Любой юбилей обозначает собой некий рубеж, подводящий итоги жизненного процесса и человеческой деятельности во всех ее самых различных областях. Однако каждый оставленный в прошлом рубеж неизбежно ставит перед юбиляром вопрос о будущем, — вопрос, возможно, не менее, важный, чем воспоминания о прошлом и оценка настоящего.
В любом виде деятельности, а особенно в творчестве, людям необходимо придерживаться каких-то перспектив, координат дальнейшего пути и направлений развития. Именно поэтому вопрос «Каковы ваши творческие планы?» является неизбежным на любом юбилее. Мы не стали дожидаться, пока нам его зададут. Мы решили сами рассказать вам о наших планах, идеях, задумках и проектах.
Десять лет – достаточно значимый возраст для любого литературного процесса, ибо литература неизбежно отражает движение жизни, а основное свойство человеческой жизни – это ее постоянное изменение. Жизнь, как Протей, меняется каждый день, и хотя это и незаметно в привычном течении будней, тем не менее каждый человек на протяжении своей жизни неизбежно следует за этими метаморфозами. Люди любят обозначать изменения времени десятилетними рубежами, и в смене десятилетий нам всегда видится некий выход на следующий этап развития общества, в котором мы живем, и даже поворот к новому витку движения целого мира. Не будем отрываться от данной традиции и постараемся понять, какие качественные изменения произошли за десять лет в объединении русскоязычных литераторов Финляндии и в журнале «Иные берега».
Изначально объединение русскоязычных литераторов и его рупор в виде альманаха (а затем журнала) создавались как литературная трибуна ингерманландских репатриантов Финляндии: именно в этом заключалась идейная концепция и творческая установка. Для начала «нулевых» (как принято сейчас назвать этот период) данное стремление было вполне закономерным. В течение предшествующих девяностых годов произошло массовое переселение людей финского происхождения из России в Финляндию, так называемое возвращение ингерманландцев на историческую родину. В настоящее время этот процесс, конечно, еще идет, однако сейчас он не имеет столь глобального масштаба и размаха. На мой взгляд, русская ингерманландская диаспора Финляндии (простите за столь громоздкий термин) сформировалась именно к началу ХХI века. Естественно, что художественная концепция «Иных берегов» находилась в непосредственной зависимости от чувств и настроений тех переселенцев, которые накануне пережили неповторимые изменения своей жизни: репатриацию, исход из СССР и России и переселение в Финляндию, которая манила к себе как земля обетованная, ибо ее можно было называть второй Родиной.
Все эти события, мысли и чувства так иначе нашли отражение в произведениях писателей, поэтов и публицистов, опубликованных за эти годы на страницах альманаха и журнала. Однако за десять «нулевых» лет изменился, во-первых, качественный состав русскоязычной эмиграции. Нынешняя русскоязычная диаспора Финляндии представляет собой весьма пестрое гетерогенное сообщество людей с различным жизненным опытом и поведенческими установками, различным уровнем образования и культуры, различным «набором» духовных и материальных ценностей. Наряду с этническими репатриантами значительную часть нашей диаспоры ныне составляет студенческо-профессиональная эмиграция, беженцы из стран постсоветского пространства, жены финнов. Каждый из представителей перечисленных слоев познакомился с Финляндией по-своему, приобретя неповторимый личный опыт и пройдя сложный индивидуальный путь адаптации, далеко не всегда легкий и безболезненный.
Однако при всей своей нынешней разнородности диаспора, на мой взгляд, стала духовно более сплоченной, и это объединение произошло в процессе постепенного осознания своей неразрывной приобщенности к русскому языку и русской культуре. Каждый русскоязычный человек, прожив несколько лет вне России, начинает чувствовать потерю какой-то важной составляющей своей жизни, которую невозможно компенсировать материальными благами жизни европейской жизни, ее стабильностью и психологическим комфортом. Эмигранты в большинстве своем не дают себе отчета в том, что подобное внутреннее беспокойство напрямую связано с неумолимой утратой русского начала, обусловленной невозможностью получать все то же количество русского языка, русской культуры, русского образа жизни и русских традиций. Однако, не осознавая того, что с ними происходит, русскоязычные люди, тем не менее, начинают искать место для совместного общения и обмена духовной и культурной информацией, для чего вступают в различные русскоязычные общества и ведут своих детей на русские кружки.
Другим важным изменением жизни русскоязычной диаспоры стал факт того, что за эти десять лет выросла и сформировалась новая молодая русско-финская генерация, — так называемые «дети эмиграции», полностью адаптированные в финском обществе и ощущающие себя уже больше финнами, нежели русскими. На примере своих детей мы, взрослое поколение эмиграции, можем наглядно видеть, как легко теряется язык, если его не поддерживать и не развивать, как быстро наши дети, получающие финское образование, в области владения русским языком остаются на уровне развития крестьян XIX века, слабо знающих русскую грамоту (или даже вовсе безграмотных) и не желающих читать по-русски ни Лермонтова, Гоголя, ни Тургенева, поскольку такой привычки к чтению не было выработано, а без привычки попытки читать русскую литературу быстро утомляют и с треском проваливаются. Лишаясь знакомства с литературой, русский язык молодого поколения диаспоры на глазах становится «домашним», когда молодые люди не в состоянии полноценно и ярко описать на родном языке свои мысли и чувства или интересно и образно пересказать какое-либо событие. Утрачивая русский язык, молодое поколение теряет духовную связь со своими родителями, для которых русских язык остается основой внутреннего самовыражения, а значит, слабеет и обрывается важнейшая жизненная нить, соединяющая генерации. Многие родители понимают это на примере старших детей и, спохватившись, хватаются за младшее чадо, как за собственное спасение, стремясь хоть чем-то, помимо домашнего общения, наполнить русскоязычную сторону его бытия.
Таким образом, на сегодняшний день мы четко и ясно видим, насколько важным и актуальным является сохранение и развитие русского литературного языка, русской культуры и традиций русской литературы в условиях внеязыковой среды, в условиях жизни в диаспоре. Мы можем смело провозгласить это положение основной идейной концепцией нашего журнала, из которой так или иначе, как ветви от ствола, будут отрастать разные направления нашего развития и виды деятельности.
Мы считаем, что сохранение русского языка в диаспоре невозможно без тесной связи с языковой метрополией, – то есть с Россией. Именно поэтому наряду с авторами, проживающими в эмиграции (Финляндии, Германии, Израиле, Канаде, США, Австралии, — по всему миру), «Иные берега» печатают и будут продолжать печатать талантливых авторов, живущих на огромных российских просторах. Ибо через их рассказы и стихи мы имеем возможность узнавать, как живет, о чем думает и чем дышит современная Россия.
Нам кажется также, что, несмотря на всемирную сеть Интернета, опутавшую и объединившую людей практически всего земного шара, в жизни русскоязычной диаспоры Финляндии заметен дефицит информации о культурной жизни России. Именно поэтому мы планируем оживить и усилить раздел рецензий, обзоров и критики, где наши авторы будут знакомить читателей с талантливыми книгами российских писателей и поэтов, фильмами и спектаклями, которые стоит посмотреть, художниками и их выставками, фестивалями или концертами. Таким образом мы сможем подсказать читателю, что стоит прочитать, посмотреть, послушать, восполнив недостаток информации у старшего поколения и раскрыв огромный культурный потенциал России (ту самую русскую креативность!) перед младшим поколением.
Помимо этого нам кажется творчески продуктивным и обоснованным продолжить знакомство наших читателей с историей литературы русского Зарубежья более ранних волн эмиграции, — первой и второй. Мы планируем публиковать подборки произведений малоизвестных авторов, ибо тот путь, который прошли они в своей жизни вне России и без нее, актуален и злободневен для нас, современной, четвертой волны эмиграции. В этом начинании мы также видим историческую связь и духовно-культурную преемственность поколений русских людей.
Мы планируем развивать детский раздел «Почитайка» и надеемся, что станем писать для детей лучше, интереснее и выразительнее, прививая им любовь к русскому слову и показывая его огромный творческий потенциал. Нам хотелось бы привлечь к сотрудничеству с детским разделом также художников, ибо литературный текст, сопровожденный хорошей иллюстрацией, производит на ребенка вдвое, втрое более сильное и яркое впечатление.
Мы постараемся расширить раздел переводов, выйдя за рамки исключительно финской литературы и обратив собственный взор и внимание нашего читателя на другие языки, народы и культуры, поскольку в современном мире никто не может остаться в стороне от набирающего все больший размах процесса глобализации, все теснее сближающего людей.
Наконец, в наших планах стоит знакомство читательской аудитории с историями жизни и творческой деятельности талантливых русскоязычных людей, живущих ныне в Финляндии. Подчас мы даже не представляем, какие интересные и уникальные люди живут с нами в одном городе или даже в одном районе, и сколько захватывающего, необычного и увлекательного они могут рассказать.
Вот лишь некоторые из наших творческих планов, поскольку творческие планы – субстанция непредсказуемая и склонная к постоянному обновлению, рождению и возникновению новых идей и замыслов. Однако планы, с которыми я сейчас с вами поделилась, имеют одну отличительную особенность: они актуальны, реальны и практически осуществимы.